Змей — Глава 1

Сказка Змей — Глава 1 читать текст онлайн:

Утро было чудесное — такое утро, когда всё блестит и сияет чистотой, словно ночью во всём мире сделали генеральную уборку.

Чёткие тени вишнёвых деревьев аккуратно лежали поперек переулка; окна домов вспыхивали и мигали — уже открывались ставни и жалюзи. Но нигде не было слышно ни звука, только звенел колокольчик мороженщика, катавшего свою тележку взад и вперёд.

«Не проходи мимо! Попробуй!» — гласил транспарант, укреплённый на тележке.

И вот из-за угла появился трубочист и поднял чёрную, измазанную сажей руку.

Мороженщик со звоном подкатил к нему.

— На пенни! — лаконично сказал трубочист.

Он опёрся на свои метёлки и стал вылизывать мороженое кончиком языка.

Когда вафельный стаканчик опустел, он завернул его в платок и спрятал в карман.

— Вы не едите вафель? — спросил мороженщик, очень удивлённый.

— Нет. Собираю коллекцию, — сказал трубочист.

Он собрал метёлки и вошёл в дом Адмирала Бума через парадную дверь — ведь чёрного хода там, в отличие от дома мисс Ларк, не было…

Мороженщик снова покатил свою тележку по переулку, не переставая звенеть в колокольчик.

— Странно, — пробормотал он, — никогда тут не бывало так тихо!

И в тот самый миг, когда он оглянулся в поисках покупателей, из Дома Номер Семнадцать донёсся громкий крик.

Мороженщик поспешно покатил туда свою тележку в надежде на заказ.

— Сил моих нет! Никаких моих сил больше нет!? — кричал мистер Бэнкс, бегая в ярости от парадной двери к лестнице.

— Что случилось? — испуганно спросила миссис Бэнкс, выбегая из столовой.  — Что это ты там пинаешь?

Мистер Бэнкс снова изо всех сил лягнул ногой, и что-то чёрное покаялось вверх по лестнице.

— Моя шляпа! — сквозь зубы проворчал он.  — Мой парадный котелок!

Он взбежал на лестницу и снова наподдал шляпу ногой. Котелок, завертевшись, как волчок, на выложенном плиткой полу, покатился к ногам миссис Бэнкс.

— А что с ним случилось? — встревоженно спросила миссис Бэнкс.

Про себя она беспокоилась, не случилось ли чего с её супругом.

— Посмотри — увидишь! — проревел он.

Миссис Бэнкс, дрожа, наклонилась и подняла шляпу. Весь котелок был покрыт большими пятнами; они были липкие и чем-то пахли.

Миссис Бэнкс понюхала поля шляпы.

— Пахнет гуталином, — сказала она.

— Это и есть гуталин! — рявкнул мистер Бэнкс.  — Робертсон Эй почистил мне шляпу обувной щёткой! Наваксил мой котелок!

У миссис Бэнкс вытянулось лицо.

— Бог знает, что творится в этом доме! — продолжал мистер Бэнкс.  — Всё кувырком! Всё вверх тормашками! Вода для бритья слишком горячая, кофе — холодный! А теперь ещё это!

Он вырвал шляпу из рук жены и схватил свой портфель.

— Я ухожу! — объявил он.  — И не знаю, вернусь или нет! Скорей всего, я уйду в далёкое плавание!

Тут он нахлобучил злополучный головной убор, с грохотом захлопнул дверь и выбежал из калитки так стремительно, что сбил с ног мороженщика, который всё это время с интересом слушал их разговор.

— Сам виноват! — сварливо сказал мистер Бэнкс.  — Нечего тут торчать!

И он помчался по переулку в Сити, и его начищенный котелок блестел на солнце, словно драгоценный камень.

Мороженщик осторожно поднялся и, убедившись, что все кости целы, сел на край тротуара и вознаградил себя большой порцией пломбира…

— О боже! — сказала миссис Бэнкс, когда калитка захлопнулась.  — Это так и есть. Всё у нас вверх тормашками! То одно, то другое. С тех пор как Мэри Поппинс от нас ушла, всё идёт кувырком!

Она села на нижнюю ступеньку лестницы, ведущей в детскую, достала свой носовой платок и расплакалась.

И, плача, она припомнила всё, что произошло с того дня, когда Мэри Поппинс так неожиданно и таинственно исчезла.

Вскоре после её ухода появилась няня Грин и ушла, не прожив и недели, потому что Майкл плюнул на неё. Её сменила няня Браун, которая как-то днём пошла гулять и пропала. И только спустя долгое время они обнаружили, что вместе с ней пропали все серебряные ложки…

Затем появилась мисс Квигли, гувернантка, с которой пришлось расстаться, потому что она имела обыкновение по утрам — до завтрака! — по три часа играть гаммы, а мистер Бэнкс не особенно любил музыку.

— А потом, — всхлипывала миссис Бэнкс в платочек, — потом у Джейн была корь, и лопнул душ в ванной, и морозом побило вишни, и…

— Простите, мэм!

Миссис Бэнкс подняла глаза и увидала миссис Брилл, кухарку.

— В трубе на кухне сажа горит! — мрачно объявила миссис Брилл.

— О господи! Только этого не хватало! — закричала миссис Бэнкс.  — Скажите Робертсону Эй, пусть он погасит! Где он?

— Спит, мэм, спит в чулане. А когда этот парень спит, его не разбудит никто на свете — разве что землетрясение или целый полк барабанщиков! — говорила миссис Брилл, идя за хозяйкой в кухню.

Кое-как им удалось погасить огонь самим, но злоключения миссис Бэнкс на этом не кончились.

Не успела она позавтракать, как на лестнице раздался страшный стук, грохот и звон.

— Что там ещё? — выскочила из-за стола миссис Бэнкс, спеша к месту происшествия.

— Ой, нога, нога! — вопила Элин, горничная.  — Пропала моя головушка!

Она сидела на ступеньке среди горы разбитой посуды и громко стонала.

— А что с ней такое? — раздражённо спросила миссис Бэнкс.

— Сломала! — слабым голосом сказала Элин, прислоняясь к перилам.

— Глупости! Вы растянули щиколотку, вот и всё.

Но Элин застонала ещё громче.

— Ой, нога, нога! Пропала моя головушка! — повторяла она, рыдая.

В этот момент из детской донеслись пронзительные вопли Близнецов. Они подрались из-за синей целлулоидной уточки. Одновременно Майкл и Джейн, рисовавшие на обоях, яростно спорили, какой хвост нарисовать зелёной лошадке — красный или синий. И громче всего в этом содоме слышались равномерные, как барабанный бой, стоны Элин:

— Ой, нога, нога! Пропала моя головушка!

— Ну, — сказала миссис Бэнкс, схватившись за голову, — это последняя капля!

Она помогла Элин добраться до постели и сделала ей холодный компресс на ногу. Затем она поднялась в детскую. Джейн с Майклом бросились к ней.

— У неё должен быть красный хвост, верно? — настаивал Майкл.

— Мама, не вели ему говорить глупости! Не бывает лошадок с красными хвостами, правда ведь? — не уступала Джейн.

— Ну, покажи мне тогда лошадь с синим хвостом! Покажи! — орал Майкл.

— Это моя утка! — вопил Джон, вырывая утку у Барби.

— Моя, моя, моя! — пищала Барби, вырвав утку у братца.

Мама в отчаянии заломила руки:

— Дети! Дети! Замолчите, или я сойду с ума!

Мгновенно воцарилась тишина. Ребята с большим интересом глядели на маму. Правда она сойдёт с ума? И какая она тогда станет?

— Так вот, — сказала миссис Бэнкс, — вы ведёте себя ужасно! А бедная Элин повредила щиколотку. Смотреть за вами некому. Отправляйтесь в парк и играйте там до чая. Джейн и Майкл, вы должны присматривать за малышами. Джон, уткой пусть поиграет Барби, а ты возьмёшь её вечером. Можешь захватить с собой своего нового змея, Майкл. А теперь — надевайте шапки и отправляйтесь!

— А я хочу дорисовать лошадку, — упрямо начал Майкл.

— Зачем нам идти в парк! — жалобно захныкала Джейн.  — Там нечего делать!

— Затем, — отвечала миссис Бэнкс, — что мне необходим покой! И если вы сейчас же пойдёте и будете хорошо себя вести, к чаю будет кокосовый торт!

И, прежде чем успел разразиться новый взрыв, она нахлобучила на детей шапки и согнала весь выводок вниз.

— Осторожнее переходите через дорогу! — прокричала она вслед, когда ребята выходили из калитки.

Джейн катила коляску, Майкл нёс своего змея.

Ребята посмотрели налево — никого и ничего.

Они посмотрели направо — тоже никого, кроме мороженщика, звонившего в свой колокольчик в другом конце переулка.

Джейн решительно двинулась вперёд. Майкл следом.

— Что это за жизнь! — пожаловался он своему змею.  — Всё всегда плохо!

Джейн докатила коляску до пруда и остановилась.

— Ну-ка, — сказала она, — дайте мне уточку!

Малыши завопили и вцепились в утку изо всех сил. Джейн с трудом разжала их пальчики.

— Смотрите, — сказала она, опустив утку в пруд.  — Смотрите, крошки, она поплыла в Индию!

Утка важно плыла по волнам. Близнецы смотрели на неё и ревели. Джейн обежала пруд, поймала утку и отправила её в обратный рейс.

— А теперь, — сказала она весело, — она плывёт в Англию!

Не похоже было, чтобы Близнецов это очень развеселило.

— А теперь в Америку.

Они заревели ещё громче.

Джейн всплеснула руками.

— Майкл, ну что нам с ними делать? Отдать им утку — они подерутся, не отдавать — будут хныкать!

— Я сейчас змея запущу! — сказал Майкл.  — Смотрите, дети, смотрите!

Он поднял красивого, жёлто-зелёного змея и стал разматывать бечёвку.

Близнецы наблюдали за ним без особого интереса. Глаза их были полны слёз.

Майкл поднял змея высоко над головой и побежал. Змей чуть-чуть подлетел и тут же шлёпнулся на траву.

— Давай ещё раз! — ободрила брата Джейн.

— Ты подержи, когда я побегу, — сказал Майкл.

На этот раз змей взлетел немного выше. Но его длинный, украшенный кисточками хвост зацепился за ветки большой липы; бечёвка запуталась, и змей бессильно повис на дереве.

Близнецы громко завыли.

— О господи! — сказала Джейн.  — Ничего сегодня не получается!

— Эй, эй, эй! Что это такое? — прозвучал сзади строгий голос.

Ребята обернулись и увидели паркового сторожа в красной форменной куртке и фуражке. Он подбирал разбросанные бумажки, нанизывая их на остроконечную палку.

Джейн показала на липу. Сторож поглядел вверх, и лицо у него стало очень строгое.

— Ай-ай-ай! Вы нарушили правила! Это никуда не годится! Разве вы не знаете — здесь сорить не разрешается! Ни на земле, ни на деревьях!

— Это не сор, — сказал с возмущением Майкл.  — Это змей!

Сторож подошёл поближе к липе и вдруг расплылся в радостной, добродушной, даже чуть глуповатой улыбке:

— Верно, змей! А я, ребятки, очень-очень давно не пускал змея — с тех пор как был мальчиком!

Он мигом влез на дерево и спустился, осторожно держа змея под мышкой.

— Сейчас запустим! — сказал он радостно.  — Намотаем бечёвочку, и он у нас ого-го как полетит!

Он протянул руку за катушкой. Майкл крепко стиснул катушку в руке.

— Спасибо, я хочу сам.

— Давай вместе, а? — просительно сказал сторож.  — Я ведь его тебе достал, не забудь. И я не пускал змея с тех пор, как был мальчиком!

— Ладно, — сказал Майкл, не желая быть невежливым.

— Вот спасибо! — обрадовался сторож.  — Значит, я возьму змея и отойду на десять шагов по газону. А когда я скажу «пошёл», ты побежишь. Идёт?

Сторож двинулся, вслух считая шаги:

— …восемь, девять, десять!

Он обернулся и поднял змея над головой.

— Пошёл! — крикнул он.

Майкл пустился бегом.

Бечёвка крепко натянулась, и катушка завертелась в его руке.

— Пошёл! — повторил сторож.

Майкл обернулся. Змей стремительно набирал высоту. Он, как ракета, всё выше и выше поднимался в небо, щёлкая хвостом.

Сторож вытаращил глаза.

— В жизни не видел такого змея, даже когда был мальчиком! — пробормотал он.

Тут лёгкое облачко на мгновение закрыло солнце. И стало приближаться.

— Оно летит прямо к нашему змею! — взволнованным шёпотом сказала Джейн.

А змей всё поднимался — стремительно и уверенно.

Вот он стал уже еле заметным тёмным пятнышком в небесах. Облако не спеша двигалось к нему. Ближе, ближе…

— Пропал! — сказал Майкл, когда пятнышко исчезло за тонкой серой завесой.

Джейн слегка вздохнула. Наступила странная тишина. Даже Близнецы тихо сидели в коляске. Только бечёвка рвалась у Майкла из рук, словно силясь связать воедино небо и землю…

Ребята затаив дыхание ждали, когда змей покажется снова.

Наконец Джейн не выдержала.

— Майкл! — крикнула она.  — Тащи! Тащи обратно!

Майкл перевернул катушку и сильно потянул бечёвку.

Она не поддавалась. Он дёргал и дёргал, пыхтя и отдуваясь.

— Не могу! — сказал он.  — Не идёт!

— Давай помогу, — сказала Джейн.  — А ну-ка!

Но, как они ни тянули, бечёвка не уступала, и змей не выходил из-за облака.

— Дайте-ка мне, — сказал сторож важно.  — Когда я был мальчиком, мы делали вот так.  — И он ухватил бечёвку повыше руки Джейн и коротко, сильно дёрнул.

Казалось, бечёвка слегка пошла.

— А ну, все вместе — взяли!

Сторож сбросил фуражку, Джейн и Майкл крепко упёрлись ногами в землю, и все принялись тянуть изо всей мочи.

— Идёт! — пропыхтел Майкл.

Внезапно бечёвка ослабла, и маленькая вёрткая фигурка пробила облако и плавно пошла вниз.

— Наматывай! — рявкнул сторож, кивнув Майклу.

Но бечёвка уже сама собой наматывалась на катушку. Всё ниже и ниже спускался змей, отплясывая в воздухе какой-то дикий танец.

Джейн ахнула.

— Что же это такое? — крикнула она.  — Это не наш змей! Это совсем другой!

Они вгляделись.

Совершенно верно. Змей из жёлто-зелёного превратился в тёмно-синего!

И тут ахнул Майкл.

— Джейн! Джейн! — завопил он.  — Это совсем не змей. Это как будто… по-моему, это…

— Майкл, тащи, тащи скорей! — задыхалась Джейн.  — А то я умру!

У них были все основания взволноваться.

Хотя неизвестный предмет, снижавшийся вместо змея на бечёвке, парил ещё выше самых высоких деревьев, уже можно было различить странно знакомые очертания человеческой фигуры…

…Тёмно-синее пальто…

…Соломенную шляпу…

…Зажатый под мышкой зонтик…

…Ковровую сумку…

— Она! — ликующе закричала Джейн.  — Это она!

— Я так и знал! — заорал Майкл, дрожащими от волнения руками сматывая бечёвку.

— Батюшки! — пробормотал сторож, изо всех сил протирая глаза.  — Батюшки!

…Вот блеснули серебряные пуговицы… Стало видно, как качаются цветы на шляпке… И наконец солнце осветило хорошо знакомые черты — блестящие синие глаза, курносый нос и угольно-чёрные, как у деревянной куклы, волосы.

И, когда фигура аккуратно и плавно опустилась на лужайку под липой, никаких сомнений не оставалось!

Ребята опрометью кинулись туда.

— Мэри Поппинс! Мэри Поппинс! — кричали они.

Оба мгновенно повисли на ней.

Близнецы в коляске кричали, как петухи на заре. Сторож то открывал, то закрывал рот, словно хотел что-то сказать, но не находил слов.

— Дождались! Дождались! Дождались! — вопил как зарезанный Майкл, хватая то её руку, то сумку, то зонтик — ему было всё равно что, лишь бы чувствовать, что она действительно здесь.

— Мы знали, что вы вернётесь! Мы нашли письмо с оревуаром! — кричала Джейн, изо всех сил обнимая синее пальто.

Довольная улыбка осветила на мгновение лицо Мэри Поппинс. Улыбнулись и рот, и нос, и синие глаза. Но только на мгновение.

— Вы меня очень обяжете, — сказала она, высвобождаясь из ребячьих рук, — если вспомните, что находитесь в общественном месте. Это городской парк, а не зоопарк! Как вы себя ведёте? И где, позвольте спросить, ваши перчатки?

Ребята принялись лихорадочно шарить в карманах.

— Гхм! Наденьте их, будьте любезны!

Дрожа от счастья и волнения, Джейн и Майкл натянули перчатки и надели шапки.

Мэри Поппинс подошла к коляске. Близнецы радостно заворковали, когда она устроила их поудобнее и поправила плед.

Она оглянулась.

— Кто пустил эту утку в пруд? — спросила она строгим, суровым голосом, который они так хорошо знали.

— Это я, — сказала Джейн.  — Для Близнецов. Она плывёт в Америку.

— Тогда потрудись вытащить её. Она плывёт не в Америку — или куда вы там придумали, — а домой пить чай.

И, повесив свою ковровую сумку на ручку коляски, она покатила Близнецов к выходу из парка.

Сторож загородил ей дорогу. К нему наконец вернулся дар речи.

— Послушайте! — сказал он, глядя на неё во все глаза.  — Мне придётся написать рапорт! Это против правил. Тут запрещено сваливаться с неба! Откуда вы взялись, хотел бы я знать, а?

Он замолчал — Мэри Поппинс смерила его таким взглядом, что ему сразу захотелось быть где-нибудь в другом месте.

— Если бы я была парковым сторожем, — сказала она с достоинством, — я бы надела фуражку и застегнула тужурку. Позвольте!

И, надменно отстранив его жестом, она проследовала дальше.

Сторож, покраснев, нагнулся за своей фуражкой. А когда он вновь поднял глаза, Мэри Поппинс и ребята уже скрылись в воротах Дома Номер Семнадцать.

Сторож посмотрел на дорожку. Потом на небо. Потом опять на дорожку.

Он снял фуражку, почесал в затылке и снова надел её.

— Ни в жизнь ничего подобного не видел! — сказал он, запинаясь.  — Даже когда я был мальчиком!

И он удалился в растерянности, продолжая что-то бормотать.